25 октября в пресс-центре информационного агентства «Интерфакс» в Москве прошла пресс-конференция, посвященная выходу нового электронного издания «Жертвы политического террора в СССР».
Это издание – результат совместного проекта Международного историко-просветительского, благотворительного и правозащитного общества «Мемориал» и Уполномоченного по правам человека в РФ, при поддержке Объединенной демократической партии «Яблоко», Международного фонда им. Д. С. Лихачева и швейцарской программы по развитию и сотрудничеству.
Цель проекта – создание единого и максимально полного перечня жертв советского политического террора.
CD-альбом включает 2 614 978 имен людей, пострадавших от государственного террора в России, Казахстане, Белоруссии, Киргизии, Узбекистане и на Украине в 1918-1985 гг. В единую базу данных включены не только более 280 томов Книг памяти из разных регионов бывшего СССР, но и большой объем неопубликованных сведений.
Предыдущее издание, выпущенное в 2004 г., содержало 1 340 000 имен и помогло многим людям впервые получить достоверные сведения о судьбах своих репрессированных родственников и близких.
Новое издание CD-альбома выходит в год 70-летия с начала «Большого террора» 1937-1938 гг. и в преддверии всероссийского Дня памяти жертв политических репрессий 30 октября.
Пресс-конференцию провели Уполномоченный по правам человека в РФ В. П. Лукин, председатель правления Международного общества «Мемориал» А. Б. Рогинский, лидер Объединенной демократической партии «Яблоко» Г. А. Явлинский и руководитель проекта, член правления Международного «Мемориала» Я. З. Рачинский.
«В этом году мы вспоминаем жертв 1937 года, – сказал Владимир Лукин. – Это была кульминационная точка массовых репрессий, осуществлявшихся властью против своего собственного народа. Сейчас многие говорят: зачем вспоминать эти трагические страницы? Я думаю, что вспоминать их абсолютно обязательно, иначе новые поколения будут обречены начинать с нуля. Те, кто сопротивляется освоению своего прошлого со всеми его победами, страшными драмами и поражениями, занимают антинациональную и антигосударственную позицию. Вот почему многие организации и структуры откликнулись на инициативу "Мемориала" и занялись восстановлением памяти в самом конкретном, практическом проявлении – сбором имен жертв репрессий». Российский обмудсман особо отметил роль Министерства внутренних дел и его подразделений, которые, по его словам, «с прилежанием» представили необходимую информацию.
Арсений Рогинский рассказал о том, как формировалась цифра 2,6 млн имен, вошедших на диск: «Если взять российский закон 1991 г. о реабилитации жертв политических репрессий и посмотреть на весь террор советского периода (а сегодня у нас как раз 90-летие начала этого террора), то под действие этого закона подпадает 12-12,5 млн человек. Они делятся на две группы. 5-5,5 млн, которых арестовали органы безопасности, провели следствие над ними и потом эти люди получили приговоры; на каждого из них есть папочка со следственным делом. И еще 7 млн, которые были депортированы, сосланы, высланы по приговорам разных государственных органов. Это коллективизация, репрессированные народы, многочисленные депортации послевоенного времени. Из этих двух цифр складываются 12,5 млн. Те, кто это творил, говорили: "мы вас обратим в лагерную пыль". И уже с первых лет советской власти существовал приказ о том, что казнить и хоронить нужно в тайных местах, чтобы никогда никто не узнал, где это было. Им было важно, чтобы имя не всплывало. Нашей задачей было восстановить эти имена, исполнить завет Ахматовой – "всех поименно назвать".
На этом диске 2 615 тыс. имен. Не надо преувеличивать, что все это сделали мы. Над этой темой трудятся архивные службы МВД и ФСБ, прокуратуры, общественные организации, и все это вместе создает тома Книг памяти, которых сейчас уже более 300. Увы! Есть еще пара десятков регионов, где их вовсе не издают, потому что нет такого центрального указания – издавать Книги памяти. Наша задача была – интегрировать все это в единое целое.
То, что собрано – 20-22% имен от всего числа пострадавших от репрессий, – итог работы сотен людей в множестве регионов почти за 20 лет. Посчитайте, сколько лет нам надо еще, для того чтобы такими же темпами "всех поименно назвать". Или много лет такой же работы, или государственная программа, политическая воля государства, такая же, какая была проявлена по отношению к павшим на Великой Отечественной войны. И тогда это можно было бы сделать очень и очень быстро».
Григорий Явлинский высоко отозвался о колоссальной работе «Мемориала», послужившей одной из причин выдвижения этой организации на Нобилевскую премию мира: «Более сложную и более значимую работу просто трудно себе представить».
«Речь идет о государственном терроризме, – продолжил лидер партии «Яблоко», – а его отличие от международного терроризма, о котором сейчас много говорят, в том, что от него погибают не случайные люди, а самые лучшие, самые заметные, самые честные. Мне представляется очень странным, что в нашей стране эту тему обсуждали только генеральные секретари – Хрущев и Горбачев. Ни государство, ни общество так и не соотнесло себя с этой темой, она так и осталась как бы внутрипартийным делом. Раньше или позже на государственном уровне должно быть принято решение о том, что террор был государственным преступлением, и все организации, которые в нем участвовали, являются преступными. Эта тема больше, чем дань памяти жертвам, она лежит в основе сегодняшней российской государственности. И пока для общества не будет абсолютной ясности, пока не расставлены все оценки, у нас не будет настоящей, не имитационной системы – даже экономического роста. Это событие 70-летней давности является краеугольным в понимании нашей истории в ХХ веке. Поэтому мы придаем огромное значение этой теме».
Я. З. Рачинский отметил, что важно не только восстановление имен, вычеркнутых из истории, но и восстановление в России исторической памяти как таковой: «Уничтожение структуры общества – именно этим занимались коммунистические деятели на протяжении нашей 90-летней истории. Общество утратило всякую возможность контроля над властью. Были уничтожены практически все независимые структуры – от партий до литературных кружков, уничтожалась и семейная память. Мы это знаем, потому что к нам практически каждый день приходят люди, которые находят в этих списках своих родственников, о судьбе которых ничего не знали. В семьях не было принято об этом говорить. В странах, не переживших государственного террора, живут люди, у которых есть дом, есть семья, есть семейная история и память. У нас сотни тысяч людей потеряли родной очаг, оказались в совершенно других местах, потеряли связь с родственниками. Чтобы начало возрождаться гражданское общество, крайне важно, чтобы люди знали, откуда они, что случилось с их родителями и предками».
Участники пресс-конференции ответили на почти два десятка вопросов журналистов, касавшихся распространения диска, конкретной роли каждого из участников в его подготовке, проблем реабилитации царской семьи, захоронения палачей своего народа на главной площади страны, сегодняшнего положения реабилитированных, отмечания Дня памяти жертв политических репрессий 30 октября и т. д.
На вопрос о работе Комиссии по реабилитации жертв репрессий при президенте РФ член этой комиссии Арсений Рогинский сообщил, что после кончины ее председателя академика А. Н. Яковлева работа Комиссии фактически прекращена. Несмотря на назначение нового председателя – Михаила Митюкова, в течение 5 месяцев не было ни одного заседания.
Вопрос корреспондента Радио «Свобода» Мумина Шакирова затронул актуальную полемику вокруг пособия для учителей «Новейшая история России. 1945-2006 гг.» Александра Филиппова, где Сталин представлен, по выражению одной школьницы, «эффективным менеджером». «Каждый ученый может придерживаться своей точки зрения и выражать ее в книгах и учебниках, – ответил Владимир Лукин, – но равные права должны иметь и другие книги, в которых представлены другие точки зрения и подходы, а учитель должен выбрать на альтернативной основе то, что он считает правильным и стараться побуждать своих учеников думать и сопоставлять разные точки зрения».
«На наш взгляд, – уточнил Григорий Явлинский, – 5,5 миллионов приговоров и 12,5 миллионов репрессированных не являются вопросом свободной трактовки. Мы считаем, что именно государственная оценка того периода, организаций, которые принимали в этом участие, партии, которая все это санкционировала и обеспечивала идеологическую поддержку, государственная оценка всего этого должна быть настолько внятной, четкой и определенной, что никому не должно быть позволено манипулировать именами миллионов наших безвинно уничтоженных соотечественников». Необходима широкая программа десталинизации российского общества.
На прямой вопрос: «Какой реакции государства Вы ждете от выпуска этого диска и вообще от Вашей работы?» – А. Рогинский ответил: «Абсолютно наивно, я могу сказать, чего я жду. Как минимум: 1) Чтобы государство назвало преступление преступлением. 2) Чтобы государство еще раз выразило сочувствие и соболезнование, и извинилось бы перед многими, многими и многими. 3) Чтобы государство объявило государственно-общественную программу по увековечению памяти жертв, в которую входило бы создание Книг памяти (это должна быть межгосударственная программа с другими странами бывшего СССР); чтобы государство поставило – от имени государства! – памятник жертвам (не валун Соловецкий, который поставили мы, общество); чтобы государство создало музей террора; чтобы государство приступило к планомерной работе по выявлению и отметке памятными знаками мест захоронений жертв террора; и что самое главное, чтобы государство выработало наконец нормальную, а не ту, которая есть сегодня, политику в отношении школьного преподавания темы террора».
Николай Гладких,
Международный «Мемориал»