"Степень «нетрадиционности» тех или иных способов отправления верующими религиозных обрядов определяют «на глазок» не только духовные лица и специалисты-религиоведы, но и правоприменители – от участкового милиционера до прокурора и судьи в уголовном судопроизводстве. .."

В Комитет «Гражданское содействие» поступила копия обращения к прокурору Республики Башкортостан гражданина России Али Садекова с описанием фактов дискриминации по религиозному признаку в отношении его семьи.

Недавно семья москвичей Садековых с двумя маленькими детьми переехала из столицы в дер. Манышта Белорецкого р-на Башкортостана – поближе к природе и подальше от криминогенной обстановки в мегаполисе. Москва «кишит преступными элементами, неофашистами» - справедливо отметил Али.
В селе их приняли гостеприимно: мать семейства – учительницу русского языка и литературы, - пригласили на работу в местную школу, дети начали посещать детский сад.

Далее – цитируем обращение Садекова:

«Не устраиваем мы только местных сотрудников ОВД, которые в каждом новом человеке, тем более, в человеке, соблюдающем основы религии (читаю намаз 5 раз в день), видят потенциальную угрозу личному спокойствию.

Тактика воздействия на нас была выбрана, на наш взгляд, подлая. Оказывается давление на людей, которые с нами общаются и дружат. Им звонят на работу, дергают, вызывают в отделение милиции, убеждают в том, что мы, я, художник, гончар, а также моя жена, кандидат педагогических наук, учитель русского языка и литературы, мой четырехлетний сын и двухлетняя дочь, потенциальные террористы.

В паспортном столе мне отказали во временной регистрации на площади, где я с согласия хозяев проживаю (жене и детям регистрацию сделали). Необходимые для регистрации документы у меня на руках.

По приезде, два месяца назад, мы незамедлительно посетили ОВД сельского поселения Инзер, и по просьбе его начальника я написал свою подробную биографию. Дважды местный участковый бесцеремонно вторгался в дом, где мы живем. Затем нас с супругой вызывали в отдел МВД г. Белорецка, где мы беседовали с его сотрудниками, в очередной раз рассказывали о себе и отвечали на вопросы. За этой встречей последовала еще одна, снова в ОВД Инзера, где оперуполномоченный УБОП г.Белорецка Д.В.Петров, называя себя представителем интересов Российского Государства, тоном, не терпящим возражений, попросил очистить Башкирию от нашего присутствия, перебравшись в Челябинскую или в какую-либо другую область.

Нам недвусмысленно дали понять, что при необходимости, если будем упираться, могут подкинуть компрометирующие предметы (наркотики, оружие). На раздумье дали 2 недели (с 24 октября). <…>
Нам также стало известно, что ни МВД, ни ФСБ Республики претензий к нам не имеют, в нашем выдворении отсюда заинтересован УБОП, а также начальник ОВД сельского поселения Инзер Юлай Гильманов.
Я гражданин России. При Сталине половина моей родни была репрессирована, теперь, уже в начале XXI века, репрессиям подвергаюсь я».

Комитет «Гражданское содействие» в процессе работы неоднократно получал информацию о том, что лица, тщательно соблюдающие исламские обряды, зачастую по одному лишь этому признаку становятся объектом повышенного внимания правоохранительных органов.

Совместными усилиями спецслужб и прессы введен в обиход малосодержательный термин «нетрадиционный ислам», который из газет и телепрограмм перекочевал в обвинительные заключения.

Степень «нетрадиционности» тех или иных способов отправления верующими религиозных обрядов определяют «на глазок» не только духовные лица и специалисты-религиоведы, но и правоприменители – от участкового милиционера до прокурора и судьи в уголовном судопроизводстве.

Судя по всему, пятикратное совершение намаза, предписанное мусульманскими канонами, милиционеры Белорецкого района Башкортостана также отнесли к «нетрадиционному исламу».

Ситуация, в которой оказалась семья Садековых, - не что иное, как результат влияния пиар-кампании, сопровождающей эти процессы, на нарушения прав исповедующих ислам граждан.

Нетрудно понять, что подобная дискриминация может иметь самые негативные последствия для безопасности и целостности России.

Об авторе: Елена Рябинина, руководитель программы помощи политическим беженцам из Центральной Азии
Комитета «Гражданское содействие» [1]