У обвиняемого ФСБ "в передаче двойных технологий Китаю" ученого Игоря Решетина в камере участились сердечные приступы.

Игорь Андреевич Решетин страдает ишемической болезнью сердца, гипертонией, а также рядом других хронических заболеваний. Летом он терял сознание прямо в зале суда – сказывалось многочасовое нахождение в переполненном железном фургоне, где даже не всегда была возможность сесть. Это называется «общая доставка» - подсудимых собирают и развозят по нескольким залам суда по всей Москве. На обратном пути экзекуция повторяется.

После того как заседания по решению судьи стали ежедневными, участились и сердечные приступы у Решетина. Только тюремным фельдшером их зафиксировано два, в среду и четверг. Раньше Игорь Андреевич просто стоически глотал валидол, в зале суда и не жаловался.

Однако после вчерашнего приступа, начавшегося еще в милицейском фургоне, в котором его возили в течение пяти часов, Решетин написал ходатайство, в котором просил вернуть график заседаний в обычное русло, в связи с тем, что его организм не может выдержать такой нагрузки.

Были предъявлены справки, выданные фельдшером. Судья в ходатайстве отказал, как и впрочем, почти во всех других ходатайствах, заявленных подсудимыми либо стороной защиты в зале суда.

Тогда адвокат Решетина Анатолий Яблоков попросил прекратить практику бесчеловечного обращения и хотя бы обеспечить отдельную доставку его подзащитного в зал суда – то есть, в отдельной милицейской машине. Однако, «в связи с нехваткой машин», суд не удовлетворил ходатайство.

Наконец, Яблоков попросил изменить меру пресечения Решетину на подписку о невыезде. Разумеется, и это ходатайство было оставлено судьей Рыбаком без внимания.

На следующей неделе Решетина снова ждут каждодневные изнуряющие доставки и судебные заседания.

Один подследственный по делу Решетина Сергей Твердохлебов уже умер в ходе следствия. До заключения под стражу, как свидетельствует медзаключение СИЗО, Твердохлебов имел здоровое сердце. Вину свою он не признавал. Из СИЗО замдиректора «ЦНИИМАШ-экспорт» выпустили, после того как он признал себя виновным, а также свидетельствовал против других «соучастников». А через несколько месяцев после освобождения 47-летний Твердохлебов внезапоно умер от сердечного приступа.

См. также по теме на портале "Права человека в России" (Hro.org):