21 февраля Рязанский гарнизонный военный суд отменил постановление следователя военной прокуратуры Рязанского гарнизона о прекращении уголовного дела о гибели солдата Марата Гизатуллина, признав его незаконным и необоснованным, и принял решение возобновить производство по делу, обеспечив соблюдение прав родителей погибшего, сообщает Фонд "Право матери".

Таким образом, суд полностью удовлетворил жалобу Фонда.

Марат Гизатуллин, 1986 года рождения, был призван в армию из Башкирии 29 июня 2005 года, попал в Рязань в ВЧ 41450 (ВДВ). Отслужил семь месяцев. 17 января 2006 года родители погибшего получили письмо, в котором говорилось, что их сын 10 января самовольно оставил часть. Впоследствии даты ухода Марата из части варьировались (9, 10, 12, 13 января). 24 января отец погибшего Фирдаус Гизатуллин выехал в Рязань на поиски. Должностные лица части ничего вразумительного сказать ему не смогли, в поисках не помогали. Отец искал сына в Рязани три недели с утра до вечера: расклеил по городу фотографии, обратился к сыну через местные СМИ. О ночевках в казарме части, куда его поселили военные, он вспоминает с содроганием: "Я наблюдал избиение солдат, при виде меня они переставали бить. Наблюдал солдат с расширенными зрачками без запаха алкоголя. При мне майор Фролов посылал солдат за водкой и закуской. А наши знакомые из Башкортостана видели, как солдаты на руках выносили из казармы пьяных офицеров. Многие солдаты в казарме имели синяки на лице, даже сержанты".

Поиски результатов не дали. 12 апреля 2006 года в военкомат из части пришло сообщение, что накануне Марат Гизатуллин был найден висящим в петле недалеко от части. "Если бы он сбежал, он поехал бы домой, а не стал бы вешаться около части после двух с половиной месяцев", — говорит отец погибшего. Привезенный гроб родители в присутствии многочисленных знакомых вскрыли: "Мы его вскрыли и ужаснулись. Он был жестоко избит, весь в синяках. Голова крутилась, как будто не было костей в шее. На месте носа была чернота, как будто туда был нанесен сильнейший удар. Мы, родители, которые сына растили с рождения, не узнали его. Мы его опознали только по особым приметам. Мы, родители, абсолютно уверены, что его убили в части, затем вывезли тайно и инсценировали самоубийство".

Военная прокуратура Рязанского гарнизона, которая пять месяцев вела расследование, сначала отказала родителям в признании их потерпевшими по делу и 11 августа 2006 года закрыла уголовное дело, придя к выводу, что гибель Марата является самоубийством. Ознакомившись с материалами уголовного дела, родители погибшего поняли, что следствие проведено плохо. Судебно-медицинская экспертиза, проведенная в рамках следствия, не зафиксировала повреждения, которые видели родители. Не были исследованы обнаруженные вместе с телом следы. Не была дана оценка многим фактам: к примеру, на обратной стороне сапога погибшего была белая полоса, напоминающая след от волочения, в лежащей на земле рядом шапке обнаружена осыпь красного кирпича (зданий из красного кирпича на месте происшествия нет), среди вещей найден чужой блокнот с чужой фамилией (личность носителя фамилии следствие устанавливать не стало). Где был и что делал Гизатуллин во время своего трехмесячного исчезновения следствие выяснить не пыталось. Не были допрошены именно те свидетели по делу, которые, предположительно, могли сообщить следствию наиболее полную информацию, так как были друзьями погибшего, поддерживали с ним контакт, переписывались. Все эти нарушения Рязанский гарнизонный военный суд отметил в своем постановлении.

По совету фонда "Право матери" родители погибшего сделали фото- и видеосъемку имеющихся на теле сына повреждений. В рамках проекта "Независимая экспертиза в делах о гибели военнослужащих" Фонд отдал материалы на исследование независимым судебно-медицинским экспертам. Вот заключение независимого специалиста в области судебной медицины кандидата медицинских наук Айрата Галимова: "Наиболее вероятной разновидностью механической асфиксии, в данном случае, следует считать асфиксию в результате перекрытия дыхательных путей, что могло иметь место при закрытии отверстий рта и носа каким-либо предметом (предметами), не исключается руками или синтетической пленкой. Впоследствии, через несколько часов (или десятков часов), труп мог быть повешен за шею посторонним лицом (лицами)". Заключение второго независимого судмедэксперта Тагира Казыханова говорит о наличии на теле погибшего повреждений, не описанных в официальном заключении.

Получив оценки независимых экспертов, Фонд направил жалобу в суд.